Первый заместитель председателя правления одного из крупнейших российских госбанков назвала перспективным направление трансграничных расчётов между компаниями в цифровых валютах центральных банков России, Индии и Китая.
До перехода в этот госбанк она занимала должность первого заместителя председателя Банка России и курировала запуск цифрового рубля.
«Если говорить о юридических лицах, ключевым направлением становится выстраивание трансграничных расчётов как на основе национальных цифровых валют — цифрового рубля, цифровой рупии и цифрового юаня, — так и на основе цифровых финансовых активов (ЦФА) и стейблкоинов. Многие государства активно развивают эти инструменты и взаиморасчёты в них. На мой взгляд, это крайне перспективная тема», — отметила она.
Ранее глава другого крупного российского банка высказывал мнение, что наибольший потенциал у цифрового рубля именно в трансграничных расчётах, а не во внутренних операциях.
По словам собеседницы, госбанк продолжит развивать оплату по QR‑коду для российских граждан, путешествующих за рубеж, чтобы обеспечить им возможность расплачиваться там, где банковские карты российских платёжных систем не принимаются.
«Здесь нужно ориентироваться на туристические потоки: они во многом совпадают с дружественным периметром стран, которые готовы сотрудничать с нами по платёжным каналам. В этом году мы рассчитываем, что оплата по QR‑коду будет доступна уже в 10 странах», — сказала она.
Речь, в частности, идёт о Турции, Египте, Вьетнаме и ряде других направлений. Банк планирует обеспечить там возможность полноценной оплаты по QR‑коду в любой торговой или сервисной точке.
Госбанк традиционно обладает развитой инфраструктурой в странах СНГ и в других дружественных России государствах, что позволило после введения западных санкций поддержать работу классических платёжных каналов и параллельно развивать альтернативные решения.
«Наш банк изначально формировался на базе внешнеторговых операций и в своё время единственный принял решение сохранить все дочерние структуры в странах СНГ, а также развивать филиалы и совместные банки в дружественных юрисдикциях. За последние два года мы видим от этого колоссальный эффект», — подчеркнула она.
По оценкам банка, каждый второй платёж по традиционным банковским каналам через дружественные страны проходит по его инфраструктуре. В альтернативных платёжных каналах за 2025 год доля госбанка, по её словам, удвоилась.
«К сожалению, политическая обстановка не становится проще, хотя хотелось бы. Тем не менее адаптивность и способность наших финансовых организаций быстро перестраиваться сейчас бьют все рекорды. Значительная часть расчётов уже переведена в национальные валюты. Это крайне грамотное решение, реализованное поэтапно и отлично себя зарекомендовавшее», — добавила она.
Оценивая перспективы платёжной индустрии, она прогнозирует снижение доли операций по банковским картам в пользу альтернативных способов платежей.
«Не думаю, что через пять лет карточные платежи исчезнут полностью, но, по моим оценкам, на них придётся порядка 10% от общего объёма», — отметила представитель банка.
«Повсеместно, в дополнение к карточным платежам, будут развиваться платежи по QR‑коду; национальные цифровые валюты, а также биометрические технологии со временем появятся во всех странах — где‑то раньше, где‑то позже. Сейчас я вижу ситуацию иначе: будут явные лидеры — такие, как Россия и Китай, которые реализовали крайне успешные проекты в национальной платёжной инфраструктуре», — заключила она.
