Топливный кризис вернул деловую активность России к уровням весны 2022 года

Индикатор бизнес‑климата Центробанка, рассчитываемый по итогам опроса около 12,3 тысячи предприятий, в июне упал до −3,6 пункта против 0,9 в мае: ноль отделяет рост от спада.

Резко ухудшились и оценки текущей ситуации, и ожидания компаний — в большинстве отраслей и во всех группах предприятий (крупные, средние, малые). Значения индикатора и его составляющих в июне оказались худшими с апреля 2022 года.

Одновременно выросли ценовые ожидания предприятий: предполагаемый годовой темп роста цен увеличился с примерно 4,3% до 5,8%. Многие аналитики связывают это прежде всего с проблемами в топливной цепочке.

Атаки на нефтеперерабатывающие мощности привели к сокращению выпуска нефтепродуктов примерно на 13,5% в мае. Этот топливный шок ударил по добывающей и логистической отраслям, сельскому хозяйству и торговле. Наибольший вклад в снижение деловой активности внесли предприятия сферы услуг, торговли, добычи полезных ископаемых и транспорта.

Структурные проблемы и бюджет

Экономика и ранее демонстрировала слабый рост: по оценке Минэкономразвития, в январе–мае рост составил около 0,2% в годовом выражении, промышленное производство прибавило 0,4% за пять месяцев. Прирост сосредоточен в ВПК и отраслях, связанных с госзакупками и импортозамещением, тогда как в гражданских секторах выпуск снижается с середины 2024 года.

Эксперты отмечают признаки структурного истощения: нехватку рабочей силы, технологий и производственных мощностей. Дефицит бюджета за полугодие достиг значительных сумм, и новые бюджетные вливания чаще превращаются не в рост выпуска, а в инфляцию.

Перспективы

Центральный банк удерживает высокую ключевую ставку. При этом деловая активность перешла в отрицательную зону, а инфляция ускорилась — с начала года она составила около 4,6%. Прогнозы по инфляции были пересмотрены вверх до примерно 6,2% в этом году, а опережающие индикаторы сигнализируют о высокой вероятности рецессии в ближайший год, которая может затянуться более чем на год.

В сумме текущее сочетание топливного шока, ограничений по ресурсам и бюджетных трудностей ставит под сомнение способность экономики быстро восстановиться без существенных структурных изменений.